Место, где сошлись большие деньги и высокая культура — Дмитрий Макаров о Лазурном побережье
Очередное путешествие в компании Дмитрия Макарова, поэта, либреттиста, прекрасного рассказчика и нашего давнего друга, пройдет по Лазурному побережью, а охватит сразу три страны и два сезона. В ожидании поездки поговорили с ним о том, какая история стоит за тихой роскошью, откуда тянутся корни карнавалов цветов и лимонов, и почему стоит остановиться там, где всегда гостили русские.
На днях исполнился год, как ты перебрался в Париж. Легко было променять Лазурный берег на столицу?
Сначала я провел несколько месяцев в Париже, и понял, что город мне подходит. Потом был год в бесконечных перемещениях — я много путешествовал благодаря Клубу. За это время я окончательно убедился, что надо переезжать. Потому что нужны возможности для моих проектов, а они ждут в большом городе. Наконец, в ноябре прошлого года я окончательно собрался с мыслями, силами и деньгами. Все-таки Париж — дорогой город, требующий немалых вложений. Мне повезло найти квартиру, а еще больше повезло с друзьями, которые мне очень помогли.
Этот год пролетел незаметно и, пожалуй, побил все рекорды по количеству перемещений по свету. Я был в Японии, Камбодже и Марокко, а путешествий по Европе и вовсе не счесть. Поэтому не могу сказать, что часто бывал дома, в Париже, но то, что я обрел здесь «базу» — это точно.
По каким вещам на побережье скучаешь особенно?
По климату. Конечно, в Париже не бывает метелей и буранов, но зимой здесь часто моросит дождь, а небо серое и низкое. На Лазурном берегу погода совсем другая. Зима там похожа на долгую, прекрасную весну. Причем настоящую весну, а не такую, когда слякоть сменяется жарой. Весна здесь долгая и приятная, вокруг много солнца и все в цвету, только по календарю еще зима. Иногда я могу сорваться на пару-тройку дней на побережье только ради того, чтобы сменить ощущение сезона.
Есть ли у тебя ощущение, что внесезонье на Лазурном берегу это еще и такое межвременье, когда прошлое кажется особенно ощутимым?
Зима на Лазурном берегу — это факт, в общем, истории мировой культуры. Все, что есть на побережье сегодня, появилось в XIX веке. Железные дороги, первые дорогие отели и резорты, даже экзотические цветы здесь стали высаживать именно в это время. Лазурный берег превратился в курорт благодаря невероятному притоку капитала, мозгов и культурных инициатив. Оказалось, что деньги любят не только тишину, но и красоту.
Высокий сезон на побережье приходился тогда не на лето, а на зиму. Это было связано с тогдашними представлениями об отдыхе: аристократы почти не плавали и никогда не загорали. Их привлекал мягкий зимний климат, за которым они были готовы ехать из Парижа, Лондона, Берлина и Санкт-Петербурга. Например, из России ходил роскошный «Норд-Экспресс», аналог «Восточного Экспресса». До курорта можно было добраться всего за два с половиной дня.
Обычно приезжали в сентябре, а уезжали в мае. Жили в пансионах, где чувствовали себя как дома. Одним из таких мест был «Русский пансион», который сегодня называется «Оазис». Я всегда останавливаюсь там, когда приезжаю в Ниццу, и наше февральское путешествие не станет исключением.
Почему пансион назывался русским?
«Русский пансион» основала некая мадам Данилова сразу после того, как железную дорогу провели в Ниццу. Естественно, никаких систем бронирования тогда не существовало, и выходя на перрон, люди первым делом спрашивали, где что находится. «Оазис» был самым известным русским пансионом, потому что располагался аккурат между вокзалом и городом, славился своим гостеприимством, обслуживанием на русском языке и, что немаловажно, русской кухней.
Первым обессмертил это место Салтыков-Щедрин, который всячески рекомендовал «Русский пансион» знакомым. Чехов останавливался там три раза, подолгу жил и много всего сочинил, в частности, закончил пьесу «Три сестры». Еще он писал, что с ним приключилась удивительная история, мол, под окном пальма, он ест борщ, а ему подносит пирожки «мулатка Женечка».
Это он так шутил, что проделал такую дорогу, чтобы поесть борща?
Нет, это сегодня мы едем куда-то, чтобы насладиться местными изысками, а тогда люди с недоверием относились к незнакомой еде, поэтому предпочитали привычную гречневую кашу с грибами, а не какую-нибудь рыбу-дораду. Кстати, комната, где останавливался Чехов установлена, и теперь в ней обычно живу я, когда приезжаю в Ниццу. Пальма под окном никуда не делась, только стала в несколько раз выше.
А борщ там по-прежнему подают?
Несколько лет назад отель приобрела замечательная Александра Матрунич. Много лет она работала в Венеции и вообще с итальянской культурой была связана больше, чем с французской. Но череда случайностей привела ее к этому отелю.
Она построила новый комфортный корпус и восстановила старый, привела в порядок внутренний сад, оставшийся от былого изобилия, а самое главное — отнеслась с огромным уважением к истории отеля.
Не просто восстановила меню, а переосмыслила его, добавив к блюдам, привычным для европейцев, то, к чему тянется русская душа. За кухню там отвечает шеф Николо Реньери, до этого много лет проработавший в очень известном венецианском ресторане, где готовил для Феллини, Антониони и других кинозвезд. Итальянцы вообще довольно консервативны, но Александра смогла уговорить его на переезд и кулинарные эксперименты. Он действительно освоил борщ, пирожки и фаршированные перцы, а его пельмени ручной лепки разлетаются на заказ по виллам на всем побережье.
Я уже сбился со счета, сколько раз мы останавливались с Клубом в этом отеле, но каждый раз чувствуем там себя как дома. Даже если мы возвращаемся поздно, Александра сама отворяет для нас закрома кухни и накрывает поздний ужин. Наверное, это и есть то самое русское гостеприимство, которое сохранилось на Лазурном берегу в XXI веке.
А что-то еще напоминает о прежних временах?
Наверное, цветочные карнавалы. Конечно, карнавальные шествия в XIX веке были несколько иными, нежели сегодня. За ними не было серьезной коммерческой подоплеки, это было настоящее народное гуляние. Наши соотечественники с удовольствием принимали в них участие. Сохранились воспоминания, как Василий Дмитриевич Поленов и Савва Иванович Мамонтов придумывали себе карнавальные костюмы. Правда, это было не здесь, а в Риме, где они и познакомились, но и на Лазурном берегу для наших хватало веселья. В XX веке карнавалы превратились в большие праздники, на которые приезжают специально из других стран, и хотя все выглядит уже масштабнее и богаче, чем было раньше, традиции остаются отчасти прежними.
Что касается цветочных карнавалов, то я с удивлением узнала, что Ницца долго была мировым центром культивирования гвоздики. Получается, гвоздика такой же символ Лазурного берега, как тюльпаны — Нидерландов?
Вообще да, но проблема в том, что гвоздику сегодня выращивают в Нидерландах. Дело в том, что в 1970-е случилась трагедия: какой-то завезенный жучок погубил все цветы, и пока здесь занимались борьбой с вредителем, этот рынок заняли другие страны.
Прямо сейчас у меня на столе стоят гвоздики в таком хрустальном ведре для шампанского. Ведро — 1950-х годов, а гвоздики — тот самый сорт, который выращивали в Ницце. Желтые, розовые, красные и оранжевые цветы выглядят красиво, стоят долго и напоминают об удивительной зиме-весне на Лазурном берегу.
Мне кажется интересной еще и разница в символизме цветов. Если у нас гвоздика считается траурным цветком, то на Лазурном побережье — символом весны?
Да, это так, значение гвоздики изменилось при коммунистах. У нас символом весны осталась мимоза, но и на Лазурном побережье она тоже есть, точнее — появилась пару веков назад. Пик цветения мимозы приходится как раз на февраль, когда мы будем в Ницце. Мы обязательно посетим рощу мимоз, которая в пик цветения производит особенное впечатление: желтые кущи цветов на фоне синего неба.
Еще один символ желтого цвета — это лимоны. Если честно, лимоны больше ассоциируются не с Лазурным берегом, а с Сицилией. Это тоже привезенная история?
Лимоны — это уже символ Ментоны. Цитрус появился здесь еще в то время, когда Монако было раз в десять, а то и в двадцать больше, чем сейчас. Помимо крошечного городка, который составляет современную территорию, княжеству также принадлежали мыс Кап-Мартан, город Рокбрюн и вся Ментона с окрестностями. Один из королей Сицилии прислал лимоны и апельсины в подарок семье Гримальди, правителям Монако. Эти плоды ценились на вес золота, каждый был обернут в пергаментную бумагу — роскошь невероятная!
Сицилийские лимоны довольно быстро прижились в Ментоне, сделав ее на долгие годы одним из главных мировых центров по выращиванию этих фруктов. Этому способствовали не только мягкие зимы и великолепная почва, но и то, что Сицилия была далеко. Добраться туда можно было только вплавь, а Ментона была намного ближе. Немало аристократов сколотили свои состояния на лимонах. Была даже специальная цитрусовая полиция, которая следила за тем, чтобы лимоны не крали, а сами деревья обрабатывали в правильной обуви, потому что у них очень хрупкие корни.
Со временем Ментона утратила свой статус, и пальма первенства по выращиванию цитрусовых в промышленных объемах перешла другим странам. Во многом это было связано и с тем, что князья Монако совсем не занимались своим государством, предпочитая проводить время в Париже за азартными играми, в кабаре и компании куртизанок. Страна распалась. Княжество потеряло Ментону, Рокбрюн и Кап-Мартан, но на память о прежних временах остались лимоны.
Отельеры Ментоны очень хотели придумать такое же яркое событие, как Цветочный фестиваль в Ницце, поэтому в 1936 году вспомнили эту историю и решили, что это отличная идея — устроить Лимонный фестиваль. Со временем праздник прижился и стал очень популярным. Правда, лимоны теперь завозят уже из испанской Валенсии.
Не хватает менонских?
Лимоны и апельсины в Ментоне есть, но они очень дорогие, поскольку считаются одними из лучших во Франции. Их используют не только в гастрономии, но и парфюмерии. Кроме того, кожура у этих лимонов толстая и неровная, а форма неправильная. Очень сложно соорудить из них гигантские фигуры, а кроме того еще и расточительно — для фестиваля нужны тонны лимонов.
А что обязательно стоит попробовать из лимонов?
Мы посетим ферму, где выращивают лимоны. Там же производят конфитюр из разных фруктов и ягод с добавлением цедры. Есть варенье из мякоти лимона, а есть только из цедры, а еще из горьких или сладких апельсинов. Чего там только не выращивают!
Также стоит попробовать тапенаду из оливок и маслин с добавлением цитрусовых. Лимонный сок добавляют и в оливковое масло а еще из цитрусовых делают всевозможный алкоголь — от лимончелло до кремовых ликеров из апельсина, лайма. И это не говоря уже о десертах вроде лимонного сорбета или тарта с меренгой и лимонной начинкой и, конечно же, лимонадах.
Следующая точка предстоящего маршрута — Монако. Но если Ницца ассоциируется с тихой роскошью, то Монако с азартом и тяжелым люксом. Нет ощущения, что это место выбивается из неспешного вайба путешествия?
Когда-то княжество Монако владело всем регионом, а потом все изменилось. Они прошли большой период серьезного кризиса, но потом им очень повезло с князьями. Луи II сделал ставку на открытие казино — первое в тех краях, а Ренье III удачно женился на Грейс Келли — оскароносная звезда привлекала в город других знаменитостей.
Изначально железную дорогу не планировали вести через Монако, но пришлось из-за казино, а точнее потока игроков. Следом появились отели, которые и сегодня так же великолепны — «Отель де Пари», «Эрмитаж», «Метрополь». Даже реализовали оперу на манер парижской: там Пале-Гарнье, а здесь Зал Гарнье. Этот театр часто путают с казино, но казино находится в левом крыле здания и снаружи выглядит не так помпезно.
Кстати, в этом театре в зимний период базировалась труппа Дягилева. Театр вообще достроили едва ли не ради их выступлений. Русские балетные сезоны, многие премьеры и спектакли были тесно связаны с Монако, а Дягилев с его скандальной славой еще больше притягивал зрителей. В его честь назвали площадь рядом с театром, и вообще в Монако многое напоминает о нем. Заложенные им традиции сохранились: в Монако есть несколько первоклассных залов и театров, где всю зиму дают концерты и ставят спектакли мирового уровня. Там выступают самые знаменитые музыканты, а художественным руководителем оперного театра стала сама Чечилия Бартоли, великая певица.
Не сразу, но Монако стало местом, где сошлись большие деньги и высокая культура.
До появления казино в Монако не играли в азартные игры?
Карточные игры никогда не были под запретом, но запрет рулетки носил церковный характер — за неопределенность ее называли игрой с дьяволом. Эта идея фатума, рока очень привлекала внимание писателей, как одних из самых страстных, азартных людей XIX века. Если Достоевского в свое время манил Баден-Баден, то Чехов проигрался уже в Монако.
Ты тоже азартный человек?
Вообще не азартный. Но разве можно побывать в Монако и не зайти в казино? Пусть это останется частью нашей культурной программы. Никто не обязан играть, но если очень хочется, то можно поставить сколько не жалко. Как-то у нас была очень азартная группа и мы сложились по 50 евро. Быстренько проигрались и пошли в бар. Зато вечер запомнился надолго.
А чем еще запомнится эта поездка?
Нас ждет очень много вкусной и красивой еды. Лазурный берег — отдельная страница в гастрономии. Обязательно зайдем в один ресторан, отмеченный звездой «Мишлен». Я уже был там несколько раз, и что меня там особенно впечатлило — сочетание рыбы тюрбо с черешней. Ресторан с видом на Ментону находится уже в Италии, так что будем считать, что за это путешествие побываем сразу в трех странах.