Блог о путешествиях

С 2013 года мы создаем путешествия, которые невозможно повторить самостоятельно. Потому в блоге только экспертное мнение, авторские маршруты и путевые очерки, основанные на собственном опыте

Интервью | 07.01.2024

«Для мозга нет разницы, искусство ты смотришь или конфликт на работе решаешь». Ольга Алешина о старых и новых решениях для корпоративных поездок

Ольга Алешина — автор программы тренингов и эмоционально-мотивирующих программ Art For Business. Преподаватель истории и истории искусств в МГПУ, лектор с 20 летним стажем. Основатель и креативный директор компании стратегических коммуникаций EffectPRO. Мы познакомились с ней во время совместной работы над корпоративным путешествием для ее клиентов и решили поговорить о тонкостях организации, целях и задачах подобных поездок.

Фото из архива Ольги Алешиной

Идея добавить душу компании в вашу корпоративную поездку появилась в последний момент и стала сюрпризом для ее участников. Насколько удачным, верным было это решение?

Мы долго рассматривали варианты. Я знала и возраст, и предпочтения клиента, звучали разные кандидатуры. Когда речь зашла о Олеге Нестерове, мне показалось, что это наша целевая аудитория — люди, которые в молодости могли слушать группу «Мегаполис». И, как оказалось, мы были правы на 100% сразу по нескольким пунктам. Его узнали и люди были… для них это вообще был первый опыт такого путешествия с известным человеком. И в начале ко мне подходили и спрашивали: «Я что, могу сейчас к нему подойти рядом сесть и что-то спросить?» — «Ну да, можете», — отвечаю. «Что вот сейчас прямо могу за стол сесть с ним и поговорить! Ничего себе».

Олег присоединился к нам за ужином и все, конечно, были удивлены. Потом у нас был костер, он взял гитару и опять они ко мне подходят, даже топ-менеджеры, отводят в сторону, говорят: «А вы не могли бы попросить его, вот у меня такая любимая песня есть, чтобы он спел». Я им отвечаю: «Может, вы сами подойдете и попросите?». И снова «а что, так можно, я могу, я тогда воспользуюсь». Мы же лишены возможности общаться с этими людьми, творчество которых тебе нравится. Вот так по-простому, так близко. И, конечно, для людей это был уникальный опыт.

Два дня во время переездов в автобусе они запросто могли обсудить с Олегом  разные абсолютно темы, не только музыку, но и то, что мы видели, свои впечатления, просто поговорить за жизнь. И вот они уже воспринимают его не как знаменитость, а как человека. Это мне кажется очень важным, потому что артисты часто воспринимаются какими-то небожителями, а они, в общем-то, такие же люди, очень интересные, глубокие. Особенно Олег. В отзывах нас все благодарили именно за его участие.

Меня они тоже спрашивали потом почему он. Я говорю, сердце подсказало, что это тот самый человек, который нам нужен, и мы не ошиблись. Очень интеллигентный, очень интересный, открытый, созвучный с компанией. Там были люди с большим интеллектуальным багажом и творческим опытом. И поэтому всем было очень интересно.

Внезапное появление звезды может вызывать переполох и расстроить все  планы. Было у вас опасение, что люди проболтают с Олегом три дня вместо того, чтобы тимбилдингом заниматься?

Все было очень хорошо интегрировано. Олег появился в глэмпинге за ужином, перед вечером у костра. Было много гитаристов, которые с радостью подхватили и даже брали у него гитару — давайте и мы сейчас вам сыграем. И это было прекрасно, он совершенно спокойно к этому относится. Программа в целом у нас была больше экскурсионная, Олег ездил с нами, время от времени пересаживаясь из одного автобуса в другой, и ребята не упускали, конечно, возможность пообщаться. Это было абсолютно органично и классно укладывалось в общую концепцию поездки.

Насколько важно, чтобы в путешествие было «об кого подумать и помечтать»? Это же как раз про Олега, наверное, история — мечты, высшие материи, эмоции.

Знаете, у него такая удивительная черта есть — он не то что подстраивается, он хорошо чувствует аудиторию, и с ним можно было просто поболтать о жизни. Он мог и какие-то интересные истории рассказать из своего прошлого, и поддержать и развить какие-то более глубокие рассуждения с теми, кто был готов к такому разговору. Он может достаточно сложно изъясняться, да и человек очень глубокий, но очень тонко чувствующий с кем и о чем можно и нужно говорить в данный момент. И когда стоит деликатно промолчать. Мне он очень понравился как человек. Думаю, что и наши участники испытывали тоже самое.

Какое послевкусие осталось у вас и клиента, и какой эффект был от этой конкретной поездки. 

Для меня это, скажем так, категория умных путешествий. Хотя, на первый взгляд, в них не закладывается какая-то супер интеллектуальная составляющая. Мы не придумываем и не решаем какие-то упражнения, шарады и т.д. Скорее это про смыслы, про само общение и то, что у людей есть такая возможность и темы для разговора. Это главное. Потому что у топ-менеджмента не всегда хватает времени в Москве для того, чтобы общаться даже по деловым вопросам. Не говорю уже про   общение в такой неформальной обстановке. И вот это наше путешествие я называю «умным» потому, что, в частности, Олег — человек тонкой душевной организации, одухотворенный, талантливый, творческий — он, на мой взгляд, стал для всех своеобразным камертоном. 

Его присутствие придало этому путешествию совершенно другой смысл. Мне кажется, та красота, которую мы увидели, плюс интеллектуальные беседы с Олегом, его и не только его музыка, рассказы о планах, о театре, о книгах — все это было чудом. Какое-то такое умное созерцание, знаете. Потому что и сам Дагестан тоже к этому располагает — подумать, поразмышлять. И Олег со своим подходом, складом ума и характера, мышлением — он как раз очень классно вписывался в путешествие по Дагестану.

А вы верите, что подобный опыт и общение, которого не хватает по тем или иным причинам в обычных рабочих буднях, — оно как-то влияет на взаимоотношения внутри команды? Может вывести деловое общение на какой-то другой качественный уровень.

На том же примере с участием Олега Нестерова объясню. Конечно, важен возрастной фактор — у нас были и молодые участники, которые его не знали, но основной части группы были знакомы и  «Мегаполис», и Нестеров. И внезапно эти люди узнали друг о друге нечто новое. В рамках офисной жизни нам, например, не приходит в голову интересоваться кто какую музыку слушал или слушает, а здесь мы вдруг оказались в неформальной обстановке, внутри разговоров о музыке, о литературе. И естественно возникают вопросы: а это ты читал, а это слушал — и люди раскрываются по-другому. 

Ты вдруг узнаешь, что твой коллега оказывается слушал Нестерова: «Как круто! Представляешь, и я тоже!». А другие, например, говорят: «О! Здорово как! Кто это, что за группа, я вообще не знаю». И потом они едут вместе на трансфере и уже на сайт его зашли, слушают его музыку. Обсуждают, спорят, выходят на какие-то новые темы для разговоров — это все и есть единение, узнавание друг друга, а для тех, кто не знал Олега еще и открытие для себя новой музыки.

Это не очень явная, но, мне кажется, очень важная вещь, когда душа компании, человек, проникает в душу той компании, которая едет. И, как зернышко, прорастает в ней и создает вокруг себя такой объединяющий эффект. И таких вот тонких моментов, которые не сразу, наверное, понятны — их очень много в этом.

Заканчивая с этой поездкой, почему в итоге Клуб? Вы сами организовывали большую часть процесса и в какой-то момент по каким-то причинам доверились опыту Клуба. 

Мы долго выбирали регион, остановились на Дагестане. Времени было мало, около двух месяцев. И первая же проблема, с которой мы столкнулись, — это адекватный подрядчик. Начинаешь общаться с потенциальными партнерами и понимаешь, что это не то. Не знаю, как это объяснить, какая-то внутренняя интуиция, чутье. В одно место написала и там не то, в другое — не то. Это сложный регион, не очень развитый туристически, а мне нужен был особый подход. Чтобы все красиво, все четко, я же знаю кого везу. И где-то в поиске попался Клуб и его программы по Дагестану. Я пришла к клиенту и сказала, что у меня нет доверия к тому, что есть на рынке, но я написала в Клуб и решила посмотреть. И как-то сразу по тону письма, по первым идеям и предложениям поняла, что все, это мое. И дальше надо было только убедить клиента, что у нас все получится. 

Вот, собственно, так мы и начали работать. И не было потом, кстати, никаких разочарований или сожалений, что я могла бы это сделать сама. Нет. Все было очень классно организовано, не к чему придраться. Со вкусом, все вовремя, девчонки спокойные, красивые, всегда рядом. Ни одного сбоя, все, что было обещано, все сделано. Даже транспорт — извечная головная боль корпоративная — мне сказали, что это был лучший транспорт за все путешествия компании. А подарки! А совершенно чудесный винодел, которого Клуб нашел для нас — люди были в таком восторге от этого... 

Винодел в Дагестане? 

Да! Местный винодел и это был очень интересный опыт. Он вышел к нам такой скромный в начале, я думаю, ну все, пропало. Потому что клиенты действительно любят и знают вина. Сами не производят, но под своим брендом продают в Москве и  постоянно, когда это было возможно, ездили и договаривались с виноградниками в разных странах. И этот винодел оказался такой души человек, и вино его они так высоко оценили, и так удивлялись, что в Дагестане есть такое вино. Потом  подходили, говорили: «Оля, как-то, может быть, с ним можно договориться, чтобы его привозить и в наших магазинах выставлять?» Это было прямо очень сильно. Действительно какая-то искренняя симпатия к человеку и тому, что и как он делает.  За это тоже спасибо Клубу.

Вы — автор программы искусство для бизнеса. Объясните, пожалуйста, в чем суть, какую связь вы между ними устанавливаете? 

Эта программа в основном рассчитана на топ-менеджеров и HR-директоров — людей опытных, понимающих, что какие-то вещи или события на первый взгляд  могут казаться абсолютно не связанными друг с другом. Эта программа направлена на развитие, так называемых, софт-скилс и, прежде всего, — критического мышления. И на умение коммуницировать. Она помогает понять очень многое про ярлыки мышления. Ведь фактически каждая наша фраза — это ярлык, который мы транслируем другому человеку, а он его дешифрует. Как угодно, мы не знаем как именно.

И задача программы показать, как это работает, через искусство. Мы смотрим произведения современного, древнего, классического искусства и через «анализ» их восприятия группой понимаем, как мы мыслим, как и где срабатывают эти ярлыки. И,  самое главное, мы учимся коммуницировать, доносить мысли до другого человека так, чтобы они были на 100% понятны. С минимальными искажениями. И искусство очень хорошо этому учит. 

Это очень простой описательный метод, который прекрасно работает не только в искусствоведении, но и в жизни. Описывать искусство можно искусствоведческим языком, навешивая миллион ярлыков, а можно использовать другой, работающий способ, через который мы, собственно, и развиваем не только критическое мышление, но и умение выходить за рамки тоннельного мышления, например. Произведение искусства всегда содержит много подтекстов и умение их читать, придумывать разные истории, глядя на произведение — оно позволяет это сделать.

Вы сейчас как раз об этом тоннельном мышлении, да?

Да. Искусство, как способ выхода из тоннельного мышления, дает огромную вариативность восприятия. Вот вы смотрите на произведение искусства, у вас одно видение, у меня другое видение. Если я посмотрю поглубже, я смогу придумать еще, например, две истории, а это как раз то, что нам и нужно для выхода за шаблоны. Еще одна связанная с искусством тема — клиентоориентированность. У кого как не у художников этому учиться, они всю жизнь работали на заказ и на их опыте и примерах мы говорим о том, что это такое, что есть клиентоцентричность, как это работает в мире искусства. Потому что модели все одни и те же. 

Давайте попробуем на примере объяснить, как это работает? Я — клиент, а вы мне пытаетесь донести через искусство мысль, допустим, о важности правильной коммуникации.

Расскажу про упражнение, которое вызывает прямо такой вау-эффект и которое очень долго аудитория потом обсуждает. Я прошу разбиться группу на пары и показываю картину Рене Магритта «Пронзенное время» — ниша, паровоз, часы —  очень простая работа, немного деталей. Один участник стоит к ней лицом, второй спиной. Я прошу того, кто видит картину, рассказать что он видит, а его напарник  должен с его слов ее нарисовать. Не важно, как ты рисуешь, пусть даже схематично. Коммуникация только в одну сторону, тот кто рисует не может задать вопрос, уточнить что-то. Ситуация довольно часто встречающаяся при постановке задач в офисе сотрудникам. 

И дальше мы начинаем смотреть, что получается в результате. Это очень наглядный,  интересный опыт. Даже простейшие детали и интерпретации иногда уводят рисунок очевидно далеко от оригинала. На нем, например, изображена ниша, похожая на камин, но им не являющаяся. Человек же говорит не задумываясь: «камин». Там нет огня никакого, но, услышав «камин», наш «художник» рисует камин с пылающим огнем. На картине вообще другая история — холодная ниша, вообще очень холодная картина, а тут она зажигается огнем. На ней стоит, например, подсвечник такой, знаете, одинарный, без свечи. Человек, говорит «канделябр», а это что в сознании у людей? И его партнер рисует тройной подсвечник, ставит свечи, зажигает их. Но их нет на картине. Неправильно использованное слово или слово, которое, оказывается, может быть каким-то ярлыком или образом, о котором ты даже не догадываешься, и все — у твоего партнера, коллеги, да даже друга вообще другая история разворачивается на его листе.

Ольга, выбор искусства в качестве темы был определен вашим собственным бэкграундом, преподавательской деятельностью?

Да. По образованию я искусствовед и еще историк, плюс уже очень давно у меня небольшое ивент-агентство. Две параллельные жизни: тут у меня развлечения, там я преподаю. В какой-то момент появилась идея это все объединить. Искусство я люблю, историю люблю, а как из этого сделать проект, интересный для бизнеса… Я  долго с этой идеей ходила, пока не встретила нужных людей, не попалась нужная литература, не познакомилась с опытом американских коллег, которые такие вещи делают. И как-то все это сложилось в проект, который, надеюсь, будет продолжать развиваться. 

Он вызывает интерес, потому что это очень необычно. Что он дает — люди расслабляются, там не надо знать искусство и тебя не тренируют привычными инструментами. Это то, что мне говорят все, кто попробовал — и коучи, и тренинговые агентства: подкупает как раз то, что не используется традиционная механика. Люди находятся в очень благоприятной атмосфере, их как бы и не тренируют, но, тем не менее, в процессе работы, на почве искусства формируется некая модель, которая затем легко переходит в личную и профессиональную жизнь. Так как для мозга нет разницы, искусство ты смотришь или конфликт на работе решаешь. Ему на самом деле без разницы. Поэтому эта механика действительно очень необычная. Я ее очень люблю.

Наверное, одну и ту же вещь разным людям нужно объяснять по-разному. Одним в формате бизнес-тренинга, другим все тоже самое можно донести совершенно отличным способом. И вот ваш способ, это, видимо, мой случай. Я вполне понимаю, о чем вы с людьми разговариваете, и что вы им даёте в этом случае.

Еще важен культурный опыт, который мы получаем, «работая» с произведениями искусства — это тоже расширяет горизонты мышления. Многие участники, например, говорят, что пошли после наших занятий смотреть современное искусство. Есть те, кто ходит на мои программы регулярно, и для многих искусство открывается по-другому. И это тоже важно. Сейчас же все компании говорят о том, что им хочется развивать сотрудников не только в профессиональном, но и в культурном плане. И эти софт-скилс, о которых мы с вами говорим, — это же не столько про наши профессиональные навыки, сколько про навыки общения.

Насколько важно вообще дружить с клиентами на ваш взгляд? 

Очень важно и не всегда легко. Есть тенденция на рынке менять подрядчиков по разным причинам (коррупция и т.д.). Мы с клиентами долго работаем, минимум по три года. С «Азбукой Вкуса», например, вообще больше 10 лет вместе. И, конечно, за эти годы узнаешь очень много о клиенте. С полуслова понимаешь почему что-то не понравится и часто точно знаешь, что они не примут. Это облегчает коммуникацию и принятие решений. Все происходит быстрее. Как, например, с той же программой Дагестана — я приняла ее за 10 минут, потому что в том виде, в котором я ее представила, я знала, что клиент ее утвердит, она ему подходит.

Если у вас дружественные отношения, есть взаимопонимание и уважение, то, безусловно, формируется и доверие. И это очень важно. Это дает больше возможностей для реализации каких-то идей, а клиент получает реально интересный продукт. Да, это не всегда просто. Иногда в начале много споров, потому что все мы разные, у всех своя точка зрения. Бывает довольно сложный и длительный период притирки, но за ним следует очень продуктивное сотрудничество.

Если и оптимизировать в кризис расходы, то корпоративные поездки приходят на ум если не в первую, то во вторую очередь. Насколько они важны, чтобы не сворачивать эти программы в непростые времена?

Конечно, людей другие вещи, наверное, больше тревожат. Для нашей индустрии, я думаю, времена сейчас действительно не простые. Потому что это первая сфера сокращения бюджета — развлечения и поездки. Не забываем и о том, что сейчас они  обходятся втридорога, особенно если речь о зарубежных поездках. Тем не менее, важно корпоративный дух поддерживать и сегодня. Может быть, даже важнее, чем когда-то. Потому что у людей сейчас разные ситуации в жизни. Многие не могут об этом говорить или не хотят, и это, конечно же, совсем не снижает уровень стресса, а стресс — это всегда агрессия, это конфликты. 

Поэтому, мне кажется, сейчас есть уклон в образовательные продукты. Что-то такое, что сплачивают людей и поддерживает, несет какую-то пользу. Не просто поехать развлечься, побегать в мешках, а что-то узнать, чему-то научиться, провести свободное время вместе и пообщаться.

Подпишитесь на телеграм-канал → , чтобы ничего не пропустить!

Интересные путешествия

Читайте дальше

.